олне
  достаточно, чтобы прокормить и себя, и старушку. Да и пенсия у Зои
  Генриховны была не такая уж маленькая..
   Но ярая коммунистка продавала вещи из принципа. "Надо избавляться от
  всего этого пошлого мещанства!" - восклицала она. И тут Лена была бессильна.
   А уж когда тетя отнесла в скупку обручальные кольца, свое и покойного
  мужа, Лене стало не по себе. Она стала подозревать, что у тетушки
  действительно что-то не в порядке с психикой. Если у человека дурной
  характер, который к старости становится все хуже и хуже, то очень сложно
  поймать момент, когда он перерастает в душевную болезнь...
   Зои Генриховны дома не было. Лена сняла сапоги, прошла на кухню к
  телефону и набрала номер, только что переписанный у Гоши. Ей повезло. Кротов
  оказался на месте и сам взял трубку.
   - Сергей Сергеевич, здравствуйте. Моя фамилия Полянская. Я работаю в
  журнале "Смарт". Ваш телефон мне дал Егор Галицын.
   - Вы хотите взять у меня интервью? - спросил мягкий, низкий голос.
   - Нет. Мне необходимо с вами посоветоваться по личному делу. В общем,
  даже не совсем личному. Очень срочно.
   В прихожей раздались голоса и лай Пини.
   Один голос принадлежал Зое Генриховне, два других - молодым, сильно
  поддатым мужичкам. Лена напряглась, и ее собеседник это почувствовал, не
  стал задавать лишних вопросов, а назначил встречу на сегодня.
   Едва Лена успела положить трубку, в кухню влетела