ка. За ее спиной
  маячили две испитые веселые рожи.
   - Здравствуй, детка, - Зоя Генриховна подставила для поцелуя сухую
  холодную щеку, - рада тебя видеть. Наконец нашла покупателей. Как хорошо
  будет без старого дурака, - она шлепнула ладонью по дубовому боку буфета. -
  Сразу просторно станет на кухне, светло! Ненавижу все эти бордюрчики,
  завитушки, стеклышки цветные. Так и веет пошлостью.
   Лена с грустью наблюдала, как два алкаша, пыжась и краснея, пытаются
  сдвинуть с места одну из любимых вещей ее детства.
   Когда Лена была маленькая и гостила у тети, этот буфет казался ей
  сказочным замком. За дверцами стояли чашки и банки. Цветные стекла делали их
  странными, таинственными, похожими на чудовищ, драконов, принцесс и принцев.
  Она могла часами сидеть на кухне и разглядывать сквозь стекла обитателей
  буфета, придумывая про них разные истории.
   - Тетя Зоя, давай я его лучше к себе заберу!
   - Нет, - тетушка была неумолима. - Пусть катится вон! Нечего пыль
  собирать. Куда ты его поставишь?
   - Найду место, это не проблема. Жалко, ведь последняя старинная вещь.
   - Вот именно! Нечего жалеть вещи. Они только место занимают и отвлекают
  от главного.
   "От чего - главного?" - хотела спросить Лена, но промолчала. Разговор
  стал раздражать тетушку, а ссориться с ней Лена не любила.
   - Тетя Зоя, я поживу у тебя пару дней. В квартире напротив полы лаком
  покрыли, у меня от этого запаха