Глава 8
  
   Она проснулась оттого, что пес Пиня, поставив передние лапы на край
  постели, вылизывал ей лицо.
   - Что, малыш, гулять хочешь? - потянувшись, спросила Лена.
   Пес изо всех сил завилял хвостом. Зоя Генриховна пила чай на кухне и
  читала
   "Советскую Россию". Не отрывая глаз от газеты, она строго произнесла:
   - Проснулась? Погуляй с собакой. Лена умылась, почистила зубы и,
  разглядывая себя в зеркале, сказала вслух:
   - А ты совсем неплохо выглядишь сегодня, совсем неплохо! - И улыбнулась
  своему отражению.
   - Что ты говоришь, детка? - закричала Зоя Генриховна из кухни.
   - Я говорю, что неплохо выгляжу! - громко объяснила Лена.
   - Ты вообще у меня красавица, - тетя Зоя неожиданно отложила газету и
  появилась на пороге ванной комнаты, - вся в Лизаньку, маму твою. Только
  ростом выше, и волосы носишь длинные. А Лизанька всегда коротко стриглась.
   Лена обняла тетушку и прошептала ей на ухо:
   - Я тебя очень люблю.
   Выйдя из подъезда, Лена огляделась. Никакой "скорой" поблизости не было.
  Да и быть не могло. Может, они вообще отстали? Надоело им за ней гоняться,
  плюнули и отстали. У них ведь нет мотива. Какой, в самом деле, может быть у
  них мотив?
   Пиня изо всех своих стариковских сил тянул к соседнему двору. Там,
  вероятно, гуляла сейчас его последняя любовь, юная пуделиха Клара. Пиня даже
  повизгивал от страсти, и Лена пошла с ним в соседний двор. Там она спустила
  пса