о закрыто
  тело.
   Окинув кухню придирчивым взглядом, Ржавый спокойно сказал:
   - Все, братва. Быстро линяем.
   Они вышли, легко подхватив носилки, захлопнули двери и стали спокойно
  ждать грузовой лифт. Если теперь кто-нибудь их увидит - они бригада
  "скорой", приехали по вызову, женщине плохо стало, забирают ее в больницу,
  очень спешат. Кому в голову придет усомниться?
  
  ***
  
   Лена гуляла с Пиней уже почти час. Пес разыгрался, никак не хотел идти
  домой. Наконец он дал пристегнуть поводок. Лена решила сначала зайти в
  гастроном, который находился через дорогу, купить какой-нибудь еды, потом
  вернуться, позавтракать, покормить Пиню.
   Она стояла в небольшой очереди к кассе и смотрела сквозь стекло на
  Шмитовский проезд. Здесь еще ходили трамваи, которых в Москве уже почти не
  осталось. Трамвай лениво прозвенел, постоял на остановке, тронулся. Сразу за
  ним Лена увидела "скорую".
   - Девушка, говорите, - услышала она, как сквозь вату, голос кассирши,
  пришли в магазин с собакой, да еще очередь задерживаете!
   Пока Лена шла к подъезду с пакетом еды, пока поднималась на лифте,
  открывала дверь, она повторяла себе: "Прекрати, успокойся. Так можно сойти с
  ума. Мало ли "скорых" в Москве?"
   Зои Генриховны дома не было. Пиня повел себя очень странно: залаял,
  заскулил, забегал по квартире, то и дело останавливаясь на кухне,
  возбужденно обнюхивая пол и протяжно воя. Он поднимал