сами себе хозяева. Это их мир. Это торжество их вульгарных,
  тошнотворно-пошлых идеалов.
   Сложные чувства, философские размышления, навеянные огнями беспечного
  ночного Гамбурга, вовсе не расслабляли, не отвлекали Карла от основной цели
  его долгой прогулки. Наоборот, заряжали спокойной бодрой ненавистью и
  помогали сосредоточиться.
   Блуждая с полудня до глубокой ночи по улицам, по ярким бессонным
  проспектам и тихим переулкам, вспоминая дедушку Фрица, презирая вместе с ним
  жалкий хаос бюргерского мира, Карл тщательно проверился на предмет "хвоста",
  основательно изучил расположение домов в тех кварталах, по которым потом ему
  придется уходить от полиции.
   Мимо главного пункта предстоящей операции он прошел всего один раз,
  неспешной походкой праздного туриста. Панель под ногами пересекала пушистая
  ковровая дорожка, этакий ровный синтетический лужок, протянутый из холла
  шикарного пятизвездочного "Принц-отеля" по мраморным ступенькам на улицу.
  Два швейцара в красно-зеленых ливреях и блестящих цилиндрах застыли
  навытяжку, как манекены, у стеклянных дверей. Чуть поодаль прохаживались
  полицейские, в начале и в конце квартала стояли патрульные машины.
   Карл свернул на параллельную улицу. Там было пусто и тихо. Старинный
  квартал реставрировался, несколько домов были обтянуты сеткой поверх
  строительных лесов. Оглядевшись, Карл вскочил в подвесную люльку, вытащил из
  кармана куртки тонкие кожаные