Влажная ткань футболки неприятно липла к обожженной
  коже. Алиса даже не успела заметить, когда получила солнечные ожоги. Вроде
  бы старалась не жариться на солнце, но плечи и спина стали красными и теперь
  ныли нестерпимо.
   День был тяжелый, душный. Жесткие листья кустарника вдоль тропинки не
  шевелились, птицы молчали, подрагивал густой раскаленный воздух, дышать
  становилось все трудней.
   - Смотри под ноги, в таких местах водятся гадюки, - сказал Карл.
   - Я знаю. Слушай, может, вернемся, пока не поздно? Скоро начнется гроза.
  Алиса остановилась, балансируя на одной ноге, стянула тапочку, чуть не
  упала.
   - Что случилось? - Карл подхватил ее за локоть.
   - Камушек острый попал.
   - Больно?
   - Нет.
   - Ты правда хочешь вернуться? Боишься грозы?
   - Вымокнем до нитки, а потом придется скользить по грязи. Ливень размоет
  тропинку. - Она обулась, опираясь на его плечо.
   - Ты сказала, что покажешь мне водопад. Представь, как это красиво
  водопад и ливень.
   - Красиво, - кивнула она, - только очень уж мокро.
   Он держал ее руку в своей, не отпускал, сжимал пальцы почти до боли.
  Потом внезапным резким движением поднес к губам. Жесткие усы защекотали
  ладонь. Он провел ее рукой по своему лицу.
   - У тебя такие тонкие пальцы... Знаешь, как определить, чистая у человека
  порода или есть примеси?
   - Знаю, - Алиса высвободила руку, - по форме хвоста, по густоте
  подшерстка, по толщине лап в щенячьем возрасте.