ие, но и взрослые мужские голоса. Судя по крикам, за ними бежало не
  меньше десяти человек.
   Алиса все-таки оглянулась. Их догоняла целая толпа подростков, еще один
  камень ударил в спину. Они свернули за угол и оказались на точно такой же
  улице. Ни одного полицейского, никаких туристов. И почти полная темнота.
  Здесь почему-то не было электричества. Слабо мерцали огоньки свечей и
  керосинок за окнами лавчонок, ярко, холодно светил месяц. Крики и топот
  приближались.
   - Мамочка, я боюсь, - крикнул Максим, - мама...
   Кто-то схватил Алису за шиворот, у нее стали выдирать сумку, пытались
  стянуть куртку, она почти ничего не видела в темноте.
   - Максим, где ты? - она старалась перекричать множество голосов.
   Толпа окружила их, превратилась в орущее многорукое чудовище, и нельзя
  было понять, где Максим, где Деннис. Сумку с деньгами и документами давно
  вырвали из рук, кто-то пытался разодрать "молнию" куртки. Алиса понимала,
  что ее бьют, но боли не чувствовала. Она продолжала кричать, звать Максима,
  закрывая лицо от ударов.
   Вдруг совсем рядом кто-то страшно завизжал, потом - глухой удар о
  булыжник. Опять визг и удар. Алиса наткнулась ногой на что-то мягкое. Потом
  почувствовала, что ее перестали бить.
   - Мама, я здесь!
   Она кинулась на Максимкин крик, споткнулась, упала, но не на булыжник, а
  на человека, который, скорчившись, лежал у ее ног, тут же вскочила,
  разглядела в темноте силуэт сына.
   - Где