ый,
  совершенно пьяный и в первый момент даже не заметил Алису, так завелся от
  спора.
   На столе стояла литровая бутылка "Посольской" водки, открытая банка
  черной икры, тарелка с толсто нарезанной ветчиной, блюдце с окурками. Карл
  никогда не приходил с пустыми руками. И сейчас принес всякие деликатесы из
  валютой.
   Он поднялся и шагнул к ней, обхватил, попытался закружить. Она вырвалась
  из его рук.
   - Что ты здесь делаешь?
   - Может, ты хотя бы поцелуешь меня, майне либе? Это я, твой Карлуша. Мы
  тут беседуем с Юрием.
   У тебя очень хороший отец.
   - Папа, ты сошел с ума... Карл, ему нельзя пить. Он вшитый, понимаешь?
  Ему сейчас станет плохо, надо вызвать "Скорую"!
   - Лисенок, не паникуй, - отец неуклюже присел перед ней на корточки,
  словно она маленькая, и смотрел на нее снизу вверх красными жалобными
  глазами, - ничего со мной не случится.
   - Ты что?! Меня предупредил нарколог...
   - Спокойно, доченька, ты, главное, не волнуйся.
   - Что значит не волнуйся? Ты же врач, ты понимаешь, что с тобой сейчас
  будет? - Она схватила со стола бутылку. Там осталось меньше половины.
   - Ну, не так много он выпил, - подал голос Карл, - если считать на двоих
  да с хорошей закуской...
   - Ему ни грамма нельзя.
   - Можно, можно, - Юрий Владиславович энергично махнул рукой, покачнулся,
  не удержал равновесия, свалился, опрокинул табуретку, несильно стукнулся
  затылком о край холодильника.
   Алиса кинулась к нему, попыталась