ную
  должность избрали меня. Я не против. Я польщен. Но это развлечение долго не
  продлится. Очень скоро рухнет Берлинская стена, и я специально привезу сюда
  моток колючки, чтобы повесить на нем этого твоего серого майора Харитонова.
   Алиса понимала, он морочит ей голову. Если бы его только заподозрили в
  диссидентских настроениях, ни за что не учился бы он в таком гэбэшном вузе,
  как МГИМО. Не светила бы ему престижная аспирантура. Когда он исчезал, она
  почти не вспоминала о нем, но стоило увидеть, и что-то с ней происходило.
   Все казалось немножко нереальным, не стоящим внимания и долгих,
  мучительных размышлений. Рядом с ним было смешно и нелепо о чем-то думать,
  чего-то опасаться. Он красиво подхватывал на руки, щекотал губы своими
  светлыми усами.
   - Ты скажешь, что в Парке культуры я встретился с лысым молодым человеком
  в полувоенной форме. Он говорил с украинским акцентом. Ты не слышала, о чем
  был разговор, только поняла, что я согласился на его предложение. Правда,
  торговался. Тебе покажут несколько фотографий. Ты выберешь вот этого.
   Он держал перед ней черно-белый снимок. Со снимка мрачно глядел
  бритоголовый парень с совершенно ублюдочным лицом.
   На самом деле Карл встречался при ней с пожилым толстым кавказцем, и не в
  Парке культуры, а на ВДНХ.
   - Карл, мне страшно, - говорила она, - ты используешь меня в каких-то
  своих шпионских целях. Они ведь запросто могут узнать правду, и тогда...
   - Хорошо, скажи