м правду, - улыбался он, - настучи им на меня. И все
  будет нормально. Ты подружишься наконец с этой милой организацией и
  почувствуешь себя честной комсомолкой.
   - Я хочу, чтобы ты исчез, - говорила она, зажмурившись, - никогда не
  звони мне, это последний раз.
   - Конечно, последний раз. Ты ведь не любишь бедного Карлушу. Ты только
  поцелуешь меня на прощанье, вот так. И я отправлюсь на Красную площадь
  закладывать взрывчатку под мумию Володи Ульянова. Завтра меня уже не будет.
  Я сгину в застенках Лубянки и, умирая, буду шептать твое имя.
   Он исчезал через неделю, потом появлялся месяца через три. Она
  рассказывала сказки серому майору. То ли майор был недостаточно прозорлив,
  то ли сказки были слишком похожи на правду, но ничего страшного не
  происходило. Алисе верили.
   За ней ухаживали приличные, надежные молодые люди. Ее звали замуж. Она не
  хотела. Но не из-за Карла. Она знала, что не сможет бросить папу и никто
  чужой не выдержит рядом тяжело больного, безнадежно пьющего человека.
   Представить совместную жизнь с Карлом было невозможно. Он никогда не
  заикался об этом, оба заранее знали - ничего не выйдет. Эта тема была у них
  как бы под запретом по взаимной молчаливой договоренности.
   Год назад у Юрия Владиславовича случился второй инфаркт. Ей сказали, что
  надо готовиться к худшему и надежды нет. Она выхаживала отца, сначала в
  реанимационном отделении, потом дома. Он выжил. У нее началась