с.
   - Нет, - она покачала головой, - я почти сразу приняла твердое решение,
  что ребенка не будет. Ну в самом деле, как можно рожать от человека, который
  для меня перестал существовать? Разумеется, было бы логично избавиться от
  ребенка. Мне жилось бы куда спокойней, удобней, я нашла бы хорошую работу,
  вышла замуж, родила бы потом другого ребенка. Я уже приняла твердое,
  разумное решение. Моя мама была совершенно права, и правы миллионы женщин,
  для которых это всего лишь досадная, но несложная хирургическая операция.
  Мне просто в последний момент стало до ужаса жалко ребенка, которого уже
  никогда не будет. Другим, желанным, своевременным, правильным детям суждено
  родиться, а этому нет. Никогда. Жалость оказалась сильней здравого смысла,
  нормальной житейской логики. Я сама не ожидала, что так получится.
   - Ваши родители знали, от кого ребенок?
   - Папа знал все. Почти все. Но папа умер. А маме я потом сказала, что
  отец ребенка вовсе не Карл, просто случился у меня другой роман, именно
  поэтому я \ рассталась с Карлом. В общем, она поверила. Какая разница, кто
  отец, если нет никакого отца? Мальчик здоровый, умный, развивается
  нормально. Мама, конечно, любит его, но видимся мы редко. У нее новый муж,
  много работы, она преподает, ее приглашают читать лекции в Англию, во
  Францию, в Америку, она написала два учебника по глазным болезням...
   - А Максим? Он ведь спрашивал, кто его отец?
   - Погиб его отец, - она