оказалось много. Алиса надеялась прикорнуть
  на мягком кожаном диванчике в закрытом трюме, но все диванчики оказались
  заняты. Пришлось остаться под ветром, на открытой палубе.
   Девушка-экскурсовод рассказывала в микрофон по-английски о желтых акулах,
  серых муренах, ядовитых морских ежах и хищных кораллах, в которых
  запутываются любопытные рыбешки, а потом от них остаются лишь скелетики.
   Алиса лениво прислушивалась, и все меньше ей хотелось отпускать сына
  нырять с маской.
   А Деннис между тем в десятый раз подробно объяснял Максиму, как надо
  дышать и двигаться. Максим слушал его, чуть приоткрыв рот и сосредоточенно
  кивая.
   - А может, вы попросите, чтобы мне выдали акваланг? Мне уже скоро
  одиннадцать. С двенадцати лет можно...
   - Только после специальной подготовки. Как бы я ни просил, никто тебе
  акваланг не даст. Да ты его и не поднимешь. Всему свое время.
   Рядом с Алисой дремал древний сгорбленный старец-араб. Ветер трепал
  длинную седую бороду, платок, обвитый черным обручем, был надвинут низко на
  лоб, до бровей. Глаз не было видно за темными очками.
   - Стоило брать на прогулку такого древнего дедушку, - прошептал Максим
  Алисе на ухо, - какая ему разница, где спать?
   Матросы стали разносить горячий завтрак. Жареная баранина, рыба, гора
  желтого пряного риса, овощи. Деннис выбрал баранину, Алиса и Максим - рыбу.
  Тарелки давали прямо в руки. Было вкусно, но неудобно есть без стола, ветер
  уносил