апельсиновое суфле и подумал, что напрасно заказал себе десерт после сытной
  порции севрюги с жареной картошкой и соленьями.
   - Не могу, - жалобно простонал Цитрус, - ни одного имени не могу
  произнести вслух, понимаешь?
   - Не понимаю, - покачал головой Мальков, - как я тебе помогу, если не
  знаю, о чем речь?
   - Ну хорошо, я попробую обрисовать тебе ситуацию, не называя имен,
  зашептал Цитрус. - Меня попросили связаться с одним очень известным
  человеком, съездить за границу, встретиться с ним и передать предложение
  другого, еще более известного человека. Тот, который попросил, обещал,
  разумеется, гонорар. Выплатил аванс. Мелочь, копейки. А остальное я должен
  был получить, как только тот, из-за границы, приедет в Москву. То есть факт
  его приезда означает, что дело сделано. Мне говорят, будто его еще в Москве
  нет, а он уже здесь. Значит, мне врут, меня кидают.
   - Подожди, а при чем здесь Посинский?
   - Как - при чем? - обиделся Цитрус. - Именно его предложение меня
  попросили передать тому человеку, который как бы не приехал, но на самом
  деле уже приехал. Слушай, Петюня, если я прав, а я наверняка прав, -
  Подосинский должен будет меня отблагодарить за такую информацию. От него
  скрывают, что задание выполнено, хотят воспользоваться за его спиной... В
  общем, я хорошо с тобой поделюсь, от души.
   - Ну, это понятно, - саркастически хмыкнул Мальков, - это само собой. Ты
  лучше скажи, в чем суть