из придорожного кафе.
  Серебряные приборы, хрустальные бокалы, маленькая уютная столовая или
  кают-компания, в общем, скромное помещеньице для миллиардерских трапез.
   - Угощайтесь, Натан Ефимович, - улыбнулся немец, - кошерных блюд на этом
  судне, конечно, нет. Но вы, надеюсь, не придерживаетесь кошерной диеты?
   Он давно снял свой маскарадный костюм, он был теперь такой же гладкий,
  чистый, розовый, как Натан Ефимович. Инга, тоже чистая, но мрачная
  молчаливая в отличие от своего приветливого партайгеноссе, то и дело
  подливала себе виски, опрокидывала в рот стакан за стаканом и почти не
  прикасалась к еде.
   - Я не придерживаюсь никаких диет. - Бренер положил в рот сочный кусок
  жареной свинины. - Очень вкусно. Кто же все это готовил?
   - Прислуга, - небрежно бросил немец, - ваше здоровье, - он отхлебнул
  виски, - а вы совсем не пьете?
   - Я люблю коньяк. Виски терпеть не могу.
   - А говорите, не придерживаетесь диеты, - засмеялся немец, - коньяк здесь
  тоже есть.
   Он встал, открыл зеркальный бар, достал матовую толстобокую бутылку
  "Камю".
   - Сколько дней мы будем плыть? - Бренер пригубил коньяк.
   - Дня четыре, не больше.
   - Жаль. Когда еще доведется попользоваться за счет бандитских капиталов?
  Скажите, неужели хозяин всего этого счастья - русский?
   - Ну, не совсем, - улыбнулся Карл, - он примерно такой же русский, как
  вы, то есть еврей. Но гражданин России. И, кстати, он вовсе не бандит.
   - А