гента ФСБ и
  вашей бывшей любовницы.
   - Как звали дочь ваших соседей? - быстро спросил Карл.
   - Почему вас это волнует? Ну подумайте, какое это имеет сейчас значение?
  Говорим мы об одном человеке или о разных людях - не все ли равно? Для меня
  это очень давнее прошлое, совсем другая жизнь. Прошло двадцать лет, и, кроме
  нежных ностальгических воспоминаний, ничего не осталось.
   - А вы не допускаете, что у меня тоже могут быть свои нежные
  воспоминания? - усмехнулся Карл. - Как же ее звали, ту девочку?
   "Есть ли смысл врать и выдумывать? - устало спросил себя Бренер. - Я могу
  назвать ее сейчас как угодно. Проверить он не сумеет, да и зачем ему это
  проверять? Такое прошлое никому ничем не угрожает. Это случайный, теплый и в
  общем совершенно лишний проблеск в грубом, жестоком рисунке теперешних
  событий. И незачем смешивать одно с другим..."
   - Ее звали Наташа, - сказал он равнодушно.
   - Жаль, - так же равнодушно ответил Карл, зевнул и загасил сигарету,
  оказывается, мы действительно говорим о разных людях. Женщина на снимках
  всего лишь похожа на вашу бывшую соседку. Это не она, потому что мою русскую
  знакомую зовут Глафира.
   - Как? Глафира? Удивительно редкое имя.
   - Спокойной ночи, профессор. Завтра будет тяжелый день.
   - Спокойной ночи, Карл, - Бренер опять отвернулся к стене и натянул
  одеяло, - простите, а вы не могли бы выкинуть окурок? Он будет вонять всю
  ночь.
   - Да, конечно. - Карл встал и прошлепал