ормационное пространство, организовал мощную
  косвенную рекламу на телевидении, на радио, в газетах, даже какие-то
  благотворительные балы в Дворянском собрании устраивал. И в результате влип
  довольно крепко. Банкиры тихо испарились вместе с вкладами доверчивого
  населения, были объявлены в розыск. Доверчивое население собиралось на
  справедливые демонстрации, общественность негодовала. Срочно потребовался
  конкретный живой виноватый, чтобы на него направить волну опасных
  антибанковских эмоций.
   Сложилось так, что никого, кроме Петра Малькова, не осталось на роль
  козла отпущения. А он успел засветиться, слишком активную развернул
  кампанию. И чуть не сел.
   Именно Мирзоев вытянул его тогда из дерьма, поднял со скамьи подсудимых,
  однако с условием, что он, Мальков, выведет чеченцев на улизнувших
  умников-банкиров.
   Мальков вывел. Мирзоев отнял у умников все деньги и остался вполне
  доволен. А Петюня сумел надолго заинтересовать чеченца своей персоной, и
  взаимовыгодное сотрудничество продолжалось вполне успешно по сей день.
   Так что Петька Мальков прежде всего человек Мирзоева, а потом уж
  Подосинского. Цитрус только одного не понимал: почему эта простая мысль не
  пришла ему в голову чуть раньше?
   И что теперь делать? Вызывать своих ребят-боевиков, просить, чтобы
  охраняли от чеченцев? Придется объяснять - почему. Врать, сочинять что-то
  героическое - опасно. Руководитель