- Разумеется, - кивнул Подосинский, - кому же еще верить, если не вам?
   - Нет, в том, что касается биологического оружия, мне скорее всего
  поверят. Но насчет добровольного раскаяния... Вы не похожи на наивного
  человека. Мое похищение в Израиле было обставлено с такой помпой, что смешно
  говорить о доброй воле.
   - Не волнуйтесь. Мы смоделируем ситуацию таким образом, что никто не
  усомнится в вашей искренности. Нам предстоит еще оговорить множество
  деталей, но не здесь и не сейчас. Сейчас наша с вами задача прийти к
  согласию по общим вопросам. А частности обсудим позже.
   - Такую частность, как моя дальнейшая судьба, мы тоже будем обсуждать
  позже? - усмехнулся Бренер, глядя в упор в маленькие черные глазки
  собеседника. - Я уже понял, что вы хотите скомпрометировать израильское
  правительство с моей помощью. Зачем вам это - не знаю, но думаю, дело всего
  лишь в деньгах. Очень большие деньги - это уже политика. То есть вы
  собираетесь на моих публичных откровениях заработать свои большие деньги.
   - Это не совсем так, - широко улыбнулся Подосинский, - не стоит делать из
  меня матерого циника, акулу капитализма. Давайте сформулируем нашу задачу
  несколько по-другому. Я с вашей помощью приостанавливаю страшную гонку
  биологического вооружения. Да, мне это выгодно. Но не только из-за денег. Я
  стратег. Я смотрю в будущее. В мире, зараженном вирусами, над которыми вы
  работаете по заданию израильского