заметив, что Валерий Павлович Харитонов
  ступил на чужую территорию, когда принялся рассуждать о высоких чувствах. Но
  тут необходимо уточнить: не на чужую, а на ту, которой нет вовсе. Пустота;
  вакуум. Потому что нет никаких высоких чувств. Если и дано их испытывать
  человеку, то исключительно к себе самому, ни к кому другому.
   Человек все и всегда в этой жизни делает исключительно ради себя. Каждый
  сам себе драгоценен, а другие могут быть полезны, либо опасны, либо
  безразличны.
   Валерий Павлович считал себя достаточно тонким психологом, чтобы понимать
  не только явные, но и скрытые мотивы, которые движут людьми. Все вполне
  примитивно: материальная корысть, инстинкт самосохранения, тщеславие. Вот
  три кита, на которых держится жизнь. Анализируя самые странные, бескорыстные
  на первый взгляд и вроде бы необъяснимые поступки совершенно разных людей,
  всегда рано или поздно приходишь к одной из этих отправных точек: корысть,
  инстинкт самосохранения, тщеславие. Ничего иного человеку не дано. Всегда
  утыкаешься носом в рыхлое дерьмо человеческих страстей и страстишек,
  подернутое тонким слоем так называемой морали. И вот в этом дерьме Валерий
  Павлович чувствовал себя как дома. Это была его родная, обжитая и знакомая
  территория. Он понимал людей, он их видел насквозь и знал, чего от них
  ждать.
   Он всегда довольно точно мог прогнозировать чужие действия. Однако
  сейчас, как ни напрягал свои умные многоопытные мозги,