в интриги вашего шефа. Вы же
  знаете, он человек крайне жестокий, неуравновешенный.
   - Мой шеф действует в интересах фирмы.
   - Нет, он действует в своих личных интересах. Эта женщина знает слишком
  много о его прошлой работе в КГБ, достаточно много, чтобы посадить его на
  скамью подсудимых.
   - Нет, ребята, вы что? Так дела не делаются, - попытался возразить
  Глушко, - вы мне сейчас что угодно можете рассказать. Харитонов - человек
  аккуратный, вряд ли он мог серьезно засветиться перед кем-то... - он
  запнулся.
   По двору бежала его четырнадцатилетняя дочь Настя.
   - Папочка, хорошо, что ты еще не уехал. В школу подбросишь меня?
   Школа находилась в двух шагах, в соседнем переулке. Но Насте нравилось,
  когда отец подвозил ее на машине.
   - Нет, Настюша, я спешу.
   Не обращая внимания на трех незнакомых людей, девочка подбежала к нему,
  притянула к себе, быстро чмокнула в щеку.
   - Пап, а ты чего бледный такой? Ну ладно, я побежала.
   - Настенька, ты не беги, дорогу переходи осторожней, - напутствовал ее
  один из троих незнакомцев, - там опасный перекресток перед школой.
   - Ладно, - весело крикнула девочка в ответ и исчезла за поворотом.
   - Ну как, Юрий Сергеевич, мы договорились? - спросили его. - Там ведь
  действительно опасный перекресток, и ждет наша машина.
   В руках одного из своих собеседников Глушко заметил переговорное
  устройство.
   - Да, мы договорились, - Юрий Сергеевич взял у них из рук увесистую