попробовал сесть и обнаружил, что руки у него
  связаны. Вот почему так ноет тело. Он вспомнил убитого охранника и существо
  с рифленым хоботом, которое принял за инопланетянина.
   - Попить бы кто принес, - громко проговорил профессор по-русски, не
  надеясь, что кто-нибудь его услышит и поймет.
   Но услышали и поняли. Через минуту в палатку, пригнувшись, вошла женщина
  в длинной бедуинской одежде. Лицо ее было почти полностью закрыто черным
  платком. В руке она держала бутылку минеральной воды, на которую сверху был
  надет пластиковый стакан.
   - Как вы себя чувствуете, профессор? - спросила она по-английски с
  сильным немецким акцентом.
   - Прекрасно, - усмехнулся Бренер, - развяжите мне руки, иначе их скоро
  придется ампутировать.
   - Очень сожалею, - ответила женщина, - но я не имею права вас
  развязывать.
   Она поднесла к его губам полный пластиковый стакан. Бренер жадно, залпом
  выпил всю воду, судорожно сглотнул и попросил еще. Женщина опять наполнила
  стакан. Он заметил, что глаза у нее светло-голубые, руки белые, ухоженные, с
  аккуратным маникюром.
   - Что за маскарад, фрейлейн, и почему вы не имеете права меня развязать,
  мать вашу?
   Вопрос он задал по-немецки, но последние слова произнес по-русски,
  добавив еще пару смачных матерных выражений.
   - Вы хотите что-нибудь поесть? - спокойно осведомилась она, тоже переходя
  на немецкий.
   - Черной икры, французских трюфелей, запеченных в сливках, в горшочке,