лю, я старалась завязать, пока могла.
   - Да, любишь... Господи, если бы я застала у тебя мужика, мне было бы
  легче, честное слово!
   - Нет, я ему не изменяю! - обиделась Катя - Мне, кроме него, никто не
  нужен. Я все время только о Митюше и думаю, последней дрянью себя чувствую,
  и перед тобой мне жутко стыдно. Ты прости меня, Оль, ладно?
   - О твоих чувствах и мыслях, а также о прощении мы с тобой как-нибудь
  после поговорим. А пока запомни: ни родители, ни тем паче бабушка и мои
  сыновья знать ничего не должны. В больницу ты ложишься по своим женским
  делам, - Ольга горько усмехнулась, - последняя надежда вылечить твое
  бесплодие. В общем, это вранье я беру на себя. А сейчас ты приводишь в
  порядок свой свинарник, и чтобы к завтрашнему дню была готова. Я приеду за
  тобой. Ты поняла?
   Катя все поняла, и в больнице честно пролежала почти два месяца. Больница
  действительно была классная, палата отдельная, телевизор, кормежка на убой,
  врачи и сестры вежливые, внимательные. Но лечили там все теми же методами, о
  которых Катя уже давно знала - мучительными и малоэффективными. Она и не
  сомневалась, ничего нового пока не придумали.
   Катя опять сорвалась, буквально через две недели после выписки из
  больницы. Так получилось. Отыскала дома, в тайничке, старые запасы и тут же
  поняла, что Ольгины денежки, выложенные за гуманное лечение, пропали зря.
   Почему-то сейчас разговор с Ольгой, после которого уже прошло полгода,
  помнился