1 года
   На пыльной сцене городского Дворца пионеров хореографический ансамбль
  отплясывал "Русскую кадриль". Мальчики в желтых шелковых косоворотках,
  девочки в сапожках и голубых сарафанах весело носились по сцене,
  подбоченясь, громко топали под заводную музыку.
   Толстуха Галя Малышева, инструктор отдела пропаганды, не выдержала и
  стала притопывать ногой в такт, шепотом подпевать залихватской песенке:
   Фабричная, колхозная, смешная и серьезная...
   - Галька, перестань! - ткнул ее локтем в бок сидевший рядом Володя
  Точилин, инструктор по работе с творческой молодежью. - Мы же все-таки
  комиссия горкомовская, веди себя солидно. Вон с Вениамина бери пример.
   Вениамин Волков сидел и смотрел на сцену с совершенно каменным лицом, как
  и подобает члену горкомовской комиссии, явившейся поглядеть на репетицию
  праздничного концерта, посвященного очередной годовщине Октябрьской
  революции.
   - Классный у нас ансамбль! - хлопнув себя по широкой коленке, громко
  прошептала Галя. - Хоть в Москву посылай! Да и за границу можно, в Карловы
  Вары. Эй, товарищ завотделом культуры, ты бы посодействовал развитию молодых
  талантов, - весело подмигнула она Волкову.
   Он ничего не ответил, даже головы не повернул в ее сторону. Он не мог
  оторвать своих чистых, прозрачных глаз от сцены.
   По сцене летали легкие ножки солистки. Узенькие ступни, обутые в мягкие
  танцевальные сапожки, почти не касались пола. У многих девочек ансамбля