как от зубной боли, - я терпеть не могу это сочетание звуков. Федя,
  Федор, гражданин, как угодно!
   - Хорошо, Федор. Так когда вы видели Лилю?
   - В мае. Пятнадцатого мы похоронили Юлию Сергеевну, потом были поминки.
  Желающих прийти оказалось много. Учителя, ученики, родители учеников. Она
  была великолепным преподавателем. Поминали ее в школе, где она проработала
  всю жизнь. В актовом зале поставили столы, было сказано много хороших,
  теплых слов. Потом мы с Ликой пришли сюда. Надо было разобрать вещи, бумаги.
  Кроме нас, это некому было сделать. Мы просидели всю ночь, осталось столько
  писем, старых фотографий, поздравительных открыток. Как ни ужасно звучит, но
  эта ночь оказалась одной из самых счастливых в моей жизни. Никогда прежде я
  не проводил с Ликой столько времени вдвоем, наедине. Послушайте, а что вы на
  меня так смотрите? - вдруг вскрикнул он. - Того, о чем вы сейчас подумали,
  не было и быть не могло!
   - Откуда вы знаете, о чем я сейчас подумал? - удивился Косицкий. - Вы
  что, умеете читать чужие мысли?
   - Я просто неплохо знаю людей, - он закурил очередную сигарету и
  несколько секунд молчал, тупо глядя перед собой. - Ладно, извините. Я
  постоянно срываюсь. Мне плохо. Я очень любил Лику и не смел к ней
  прикоснуться, мы просто смотрели старые фотографии, вспоминали детство. Часа
  в четыре утра вышли на кухню сварить кофе. Лику от бессонной ночи знобило,
  она накинула старую Ольгину кофту. Здесь оставались некоторые Ольгины вещи,
  тетя