алорийные
  галеты, не больше трех штук, пластиковые баночки с морковно-свекольным
  салатом, пакетик с курагой и черносливом, яблоко.
   За две недели он скинул три килограмма, и сразу как будто помолодел.
  Лидия Николаевна смотрела на него и думала, что если бы он еще и бакенбарды
  свои старомодные сбрил, то стал бы просто очень интересным мужчиной. Однако
  про бакенбарды она сказать не решалась, боялась его обидеть. Он с детства
  терпеть не мог выслушивать замечания по поводу своей внешности.
   Каждый раз, когда звонил телефон, Лидия Николаевна со страхом и надеждой
  ждала услышать приятный женский голос. Она была уверена, что обязательно
  почувствует, когда позвонит та, которую ее сын назвал "красавицей".
   Но звонки были сплошь деловые, по работе. А она все не звонила.
   "Ну конечно, она не обращает на него внимания! Надо быть очень умной и
  тонкой женщиной, чтобы оценить моего сына. Если она не видит, какой он
  замечательный, значит, она грубая, недалекая, циничная эгоистка и мизинца
  Илюшино-го не стоит", - вздохнула про себя Лидия Николаевна, когда ее
  мрачный молчаливый сын встал из-за стола, вылил чай в раковину и ушел в свою
  комнату.
   Оставшись одна, она включила телевизор, прошлась по программам, но
  ничего, кроме натужно игривых ток-шоу и оглушительных боевиков, не
  показывали. Понаблюдав несколько минут за перестрелкой в американском баре,
  Лидия Николаевна выключила телевизор и отправилась в комнату сына. Дверь
  была открыта. Она