ые внимательно и спокойно огляделся в квартире,
  в которой находился уже полчаса. Не квартира, а кукольный домик, уютный,
  нарядный, как из мультфильма. Все светлое, ни одного темного пятна, кроме
  окровавленного тела хозяйки. На кухне белая мебель, белый линолеум, в
  комнатах бледно-желтый паркет, голубые, в розовый цветочек обои, шторы с
  оборочками, диван и два кресла обтянуты чехлами из такой же ткани, как
  шторы. На диване три большие куклы в кружевных платьях, в шляпках и
  башмачках. Куклами заполнен светлый полированный сервант. Посередине комнаты
  круглый стол, накрытый нежно-розовой вязаной скатертью с длинной бахромой,
  на столе хрустальная ваза с тремя тюльпанами, большая коробка шоколадных
  конфет "Черный бархат", перевязанная ленточкой.
   - Что, гости приходили? - обратился Бородин к Люсе.
   Телечкин думал, что она ответит молчанием, но ошибся. Девочка довольно
  живо откликнулась на вопрос Бородина, вздрогнула и выпалила во все горло:
   - Нет!
   - Значит, у кого-то день рожденья?
   - Нет, никакого рожденья, никого здесь не было, - она заерзала на стуле и
  густо покраснела, отчего пятна белой мази на ее лице стали еще заметней.
   - А откуда цветы, конфеты?
   - Просто так.
   - Ну, понятно, - кивнул Илья Никитич, - и кто же все это принес просто
  так?
   - Никто, - девочка опустила голову и принялась заплетать косичку из
  бахромы скатерти.
   - Люся, за что ты убила свою тетю? - мягко спросил Илья Никитич.
   В ответ никакой реакции.