у нас восемьдесят процентов населения страдает
  слабоумием. Совершенно бредовое убийство.
   - Бредовое... - эхом отозвался Илья Никитич, - слушайте, а почему
  все-таки жертва не кричала, не сопротивлялась?
   - Вы меня спрашиваете? - поднял брови эксперт.
   - Да нет, себя, - улыбнулся Бородин, - просто размышляю вслух. Соседи
  говорят, вечером и ночью было тихо. И в квартире никаких следов борьбы...
   - Малышка сначала напоила свою любимую тетушку клофелином, а потом уж
  стала резать, - хмыкнул эксперт, - впрочем, для слабоумной это слишком
  хитро. Вскрытие покажет. Следы на посуде если и были, то милая детка все
  вымыла - пол, посуду. А может, она симулирует слабоумие? Хотя столько раз
  ударить ножом, это надо быть не просто психом - настоящим зверюгой. Вообще,
  чушь полная.
   - Чушь, - кивнул Бородин.
   Убитая, Коломеец Лилия Анатольевна, пятьдесят девятого года рождения,
  жила одна, детей не имела и, судя по паспорту, замужем никогда не была.
  Работала художником-дизайнером на игрушечной фабрике. В коробке с
  документами лежало свидетельство о смерти Коломеец Ольги Анатольевны,
  шестьдесят второго года рождения. Дата смерти - тридцатое июня восемьдесят
  девятого года, причина - суицид. Тут же имелось свидетельство о рождении
  Коломеец Людмилы Анатольевны. В графе "отец" стоял прочерк. Илья Никитич
  обратил внимание на дату: шестое июня восемьдесят пятого года. То есть вчера
  Люсе исполнилось пятнадцать.
   - Люся, сколько тебе