покуривал
  марихуану, готов был в любую минуту щедро поделиться всеми оттенками своих
  эротических переживаний с первым встречным, активно боролся за свободу
  порнографии и любые возражения на этот счет объявлял фашизмом. Проявления
  обычных человеческих чувств считал тошнотворной сентиментальностью, публично
  высмеивал то, что вовсе не смешно, и свое глумливое мнение высказывал даже
  тогда, когда никто не спрашивал.
   Типичная читательница "Блюма", кроме природных половых признаков,
  отличалась от своего собрата-мужчины только тем, что волосы стригла очень
  коротко, иногда наголо, и украшала интимные места изящными разноцветными
  татуировками.
   Из ста страниц дорогостоящей журнальной площади около семидесяти занимала
  реклама, на остальных тридцати теснились фоторепортажи с самых модных
  тусовок, статейки о сексе, интервью с сомнительными психологами,
  утверждавшими, что в основе материнской любви лежит подсознательное
  стремление к инцесту, а усердие в работе есть следствие придушенных половых
  инстинктов. Пару страниц занимали издевательские обзоры новинок кино, театра
  и литературы, новости авангардной моды. На десерт подавалось нечто
  остренькое: фотоочерк о ночной жизни бара, где находят свое счастье
  гомосексуалисты. Сенсация - открытие вируса, поднимающего мужскую потенцию
  до космических масштабов. Игривый репортаж с черной мессы или с натурального
  шабаша новомодной нечистой силы на каком-нибудь подмосковном кладбище.