о занят, - хмуро заметил Олег, стараясь не глядеть на них.
   - А вы позвоните фотографу домой. Там на визитке только телефон редакции
  и фотостудии. Домашнего нет.
   - Хорошо, - кивнул Олег, - я позвоню. Но сейчас мне некогда.
   - Что, так долго набрать номер?
   "Ладно, - с раздражением подумал Олег, - если этот придурок Киса пообещал
  снять их на обложку, пусть сам и разбирается".
   Он достал записную книжку, нашел домашний номер фотографа, переписал на
  бумажку и протянул девицам.
   - Все, идите, мне надо работать.
   - А ручонки-то трясутся, - сочувственно заметила белая и взяла у него
  бумажку, - перебрал вчера, что ли? - она весело подмигнула и уставилась на
  Олега ясными, чистыми, небесно-голубыми глазами.
   - Нет, - покачала головой черная, - водка - это слишком грубо. У Олега
  Васильевича изысканный вкус. Олег Васильевич если пьет, то французский
  коньяк.
   - От дорогого коньяка совсем другое похмелье, - заметила белая, - я
  подозреваю, что Олег Васильевич как истинный аристократ балуется кокаинчиком
  или героинчиком.
   Обе тихо захихикали, и белая, продолжая сжигать его ледяными прекрасными
  глазами, грациозно соскользнула с подлокотника, обошла стол, коснулась плеча
  Олега небольшой упругой грудью, прижалась губами к его уху и прошептала:
   - Пардон, я шучу.
   - Как ты себя ведешь? - Олег отстранился и легонько хлопнул ладонью по
  столу. - Слушайте, красавицы, будете хулиганить, на обложку не попадете.
   - Ну, я же извинилась, - обиженно мяукнула белая