одит мелодию.
   - Так, Рюриков, ты сюда что, концерты пришел давать? Кончай бубнить,
  Шаляпин недоделанный. - участковый слегка толкнул его в плечо, - давай
  рассказывай, как дело было. С самого начала и по порядку.
   - Я не бубню, - резко вскинул голову Рюрик, - я пою. У меня, между
  прочим, среднее музыкальное образование. А что недоделанный, это вы точно
  заметили, гражданин начальник. На правду не обижаюсь. Если бы меня доделали,
  доучили, приняли в Консерваторию, был бы я сегодня, как Паваротти.
   - Ай, ну что ты брешешь, - Симка сморщилась и легонько хлопнула своего
  друга по плечу - у Паваротти тенор, у тебя бас.
   - Ну, бомж пошел образованный, сил нет, - хмыкнул участковый, - Симка -
  политик, Рюрик - оперный солист. Ладно, граждане, кончаем здесь ваньку
  валять. Отвечаем на вопросы, как положено.
   - Так чего отвечать, если мы не видели ни хрена? - развел руками Рюрик. -
  Утречком подошли к мусорке, а там куча ниток валяется и сундук соломенный.
  Вот и все дела.
   - Откуда узнали про убийство?
   - Я ж сказала, у меня дар божественный, я эстрасьянс самый натуральный. Я
  бы вам могла все сказать, что было, что будет, чем сердце успокоится, если
  бы вы со мной по-хорошему, по-доброму.
   - Да че ты несешь, дурья башка? Какой ты эстрасьянс? Ментура приехала,
  труп выносили, это мы видели. А больше ничего, - быстро пробормотал Рюрик и,
  понурившись, опять принялся тихонько напевать себе под нос.
   - Вы бы отпустили нас, граждане-господа, - попросила