высокий? Может, вообще женский?
   - Да хрен его знает, - махнула рукой Сима, - какая разница? Он может
  любым голосом разговаривать. Хошь, басом, хошь, тенором или вообще высокой
  сопраной. На меня он завизжал, как свинья.
   - Ну да, понятно, - кивнул Илья Никитич, - а сзади, говоришь, он выглядел
  нормально?
   - Нормально. Майка синяя.
   Илья Никитич тут же, совсем некстати, вспомнил, что у Люси была футболка
  синего цвета, и грустно спросил:
   - А как же рога? Разве их не видно было сзади?
   - Да чего там, видно не видно? Ну, вот представь, ты себе идешь
  тихо-мирно, к контейнеру за посудой, как нормальный человек, в натуре, ну
  сидит парень какой-то на лавочке. Ты что, будешь его рога разглядывать? Я
  подумала, это кепка у него такая.
   - То есть на нем был головной убор с маской, - устало вздохнул Илья
  Никитич и взглянул на участкового, - знаете, есть такие специальные
  магазины, там продаются маски-страшилки. Вот наш убийца и напялил на себя
  маску черта с рожками. Шутник.
   - Не верите? - взвизгнула Сима. - Думаете, он мне спьяну померещился?
  Нет, - она замотала головой, - пришли последние времена. Он будет еще
  убивать, без разбору, всех подряд, праведников и грешников, вы хоть всю
  ментуру на уши поставите, ни фига вы его не поймаете.
   ГЛАВА ТРЕТЬЯ
   Близняшки вышли из особняка, в котором находилась редакция журнала
  "Блюм", и направились к Старому Арбату. У них было три часа до встречи с
  фотографом Кисой и десять