поделись с товарищем душевной болью. Авось полегчает.
   - Я сказал, депрессия у меня, - невнятно пробормотал Стас, отвернулся и
  накрылся с головой одеялом.
   - Ну как хочешь. Я думаю, дело совсем в другом. Ты слишком грубое,
  примитивное существо для депрессий. Просто на твою фирму наехала налоговая
  инспекция, братки, конкуренты или все вместе. Утром в банки не забудь
  позвонить насчет карточек, - она зевнула и повернулась к нему спиной.
   Стас не мог уснуть. Его бил нервный озноб, он ворочался, мешал спать
  Эвелине, и после часа мучений она заставила его выпить три таблетки
  снотворного. Он проспал как убитый до половины первого, не слышал, как
  Эвелина ушла, и проснулся от телефонного звонка.
   После душа он поплелся на кухню, сварил себе крепкий кофе, заляпал гущей
  плиту. Телефон опять заурчал, Стас вздрогнул и разбил фарфоровую сахарницу.
  В трубке молчали. Он хотел сразу бросить ее, но отчетливо услышал музыку.
  Это не были обычные звуковые вкрапления, попадающие на линию из радиоэфира.
  Кто-то специально поднес трубку к магнитофону. Он узнал "Битлз". Невозможно
  было не узнать, поскольку звучала хрестоматийная песня "Естедей".
   Продолжая держать трубку, Стас достал веник, совок, чтобы убрать осколки
  и рассыпанный сахар. Ему пришло в голову, что у старушки Эвелины завелся
  чокнутый поклонник, который развлекается таким подростковым способом.
  Внезапно сквозь музыку приятный женский голос отчетливо