точно. Но
  только дочери не стоит объяснять, кто я и откуда. Пока, во всяком случае.
   Они поднялись по ступенькам подъезда, Юля набрала код на домофоне и, не
  оборачиваясь, спросила:
   - Как же мне вас представить?
   - Скажите, я ваш коллега.
   - Вы не похожи на моего коллегу.
   - Почему?
   - Потому что вы похожи на полковника ФСБ. Может, все-таки объясните, что
  вам от меня нужно?
   Они ехали в тесном лифте, и запах его дорогого одеколона был неприятен.
   - Помощь, - произнес он тихо и многозначительно, - нам нужна ваша помощь,
  Юлия Николаевна. И не надо так волноваться. Я, кажется, пока ничем вас не
  обидел.
   Юля достала ключи и не сразу попала в замочную скважину. У нее слегка
  дрожали руки, и она жестко сказала себе, что это просто от усталости.
   - Ма-ам! - крикнула Шура из глубины квартиры. - Скажи ему, пусть снимет
  ботинки! Я сегодня полы мыла!
   - Какая она у вас хозяйственная, - улыбнулся Райский, - у меня двое
  мальчишек, и ни черта дома не делают. Вот что значит девочка.
   Юля молча поставила перед ним тапки, сняла сапоги и босиком отправилась в
  комнату Шуры. Та сидела за письменным столом в старой застиранной футболке.
   Лицо ее было покрыто слоем какого-то зеленоватого крема.
   - Ты ела? - спросила Юлия Николаевна, поцеловав дочь в макушку.
   - Так нечего, - пожала плечом Шура, - холодильник пустой, котлеты я уже
  видеть не могу. Но ты не волнуйся, мамочка, я после школы зашла в
  "Макдоналдс".