с огня и пролила немного гущи на плиту.
   На этот раз рассмеялся Райский. Смех у него был странный и больше походил
  на жалобный, отрывистый стон. Юля разлила кофе по чашкам, выложила в вазочку
  остатки печенья и вафель, уселась за стол и не стала спрашивать, почему он
  смеется.
   - Теперь вы меня поставили перед выбором, - Райский осторожно отхлебнул
  кофе, лицо его стало серьезным, - я могу соврать вам, могу сказать правду.
   Поскольку вы сразу отказались нам помочь, логичней соврать. Но с другой
  стороны, вы мне очень симпатичны и хочется сказать правду. Как быть?
   - Как хотите.
   - Ну ладно, - вздохнул полковник, - ваш телефон прослушивается.
   - Уже? - Юля тихо присвистнула - Когда же вы успели?
   - Ну, дурное дело не хитрое. Разговор с человеком, который представился
  продюсером Анжелы, записан на пленку, и сняты отпечатки голоса. Поздравляю
  вас, Юлия Николаевна. Вам звонил чеченский террорист Шамиль Исмаилов.
   Очки Райского бликовали, глаз не было видно, но Юля почувствовала, как он
  впился взглядом в ее лицо.
   - Чеченец? - спросила она спокойно. - Но у него никакого акцента. Чистая
  речь. К тому же для террориста он слишком вежлив.
   - Исмаилов учился в Москве, и не где-нибудь, а в Высшей школе КГБ.
   - Коллега, значит? - ехидно ухмыльнулась Юля.
   - Ну в определенном смысле да. Что делать? Отец его был крупной партийной
  шишкой в Чеченской республике. Так что Исмаилов, можно сказать, принц крови.
   Отличные манеры, никакого