ей за
  шпионаж.
   - Они вас там завербовали? - прошептала Наташа после долгой мучительной
  паузы.
   Старик засмеялся. Наташе стало не по себе и захотелось уйти в купе. И
  вдруг на опушке, у насыпи, промелькнуло нечто огромное, бурое. Наташа с
  веселым ужасом узнала медведя.
   - Смотри-ка, шатун, - хрипло сказал старик, ткнув в стекло пальцем.
   - Я читала, шатуны - это те, что зимой не спят. А сейчас май. - Шатун, -
  повторил старик - Видишь, к железке не боится выходить.
   - Они людей едят?
   - Не обязательно. Если один раз такой зверь попробует человечины, потом
  уж будет до смерти людоедом. Задерет, закопает, подождет, пока протухнет,
  потом отроет и съест.
   - Кошмар...
   - Это не кошмар, девочка. Это закон природы. Вот когда человек человека
  ест, это да. Кошмар.
   - Людоеды только в дикой Африке водятся, - неуверенно заметила Наташа.
   - Здесь тоже, - старик кивнул на тайгу за окном, - урки когда идут в
  побег, берут с собой какого-нибудь тихого фраера. В тайге без мяса долго не
  протянешь, - он криво, зло усмехнулся, - обычно они политических
  предпочитают.
   Мне тоже предлагали. Я чуть не пошел с ними. Все уже было готово.
   - И что же?
   - Господь уберег. Бежать можно не раньше мая, когда снег сойдет. Мы с
  февраля стали готовиться, а в марте Сталин умер. Я, знаешь, не сразу
  поверил, что освободят нашего брата. Говорили разное. Берия объявил амнистию
  для урок.
   Политических это вначале