Всего доброго.
   Она обиженно молчала и не двигалась.
   - Ирина, мне правда пора, - Стас вскинул руку и взглянул на часы.
   - Скажите хотя бы, где и когда состоится встреча. Вам же будет лучше,
  если я там появлюсь и присмотрю за Юркой.
   - Ну хорошо, - Стас раздраженно поморщился, - если вы так хотите... через
  две недели. Место мы еще не определили. Скорее всего, закажем зал в
  каком-нибудь ресторане. Я позвоню вам.
   - Спасибо, Петенька. Теперь я вижу, что в душе вы так и остались
  лапочкой, закомплексованным милым толстячком. Да, и еще, пожалуйста, будьте
  так добры, когда приедете к Юрке, непременно снимите показания с
  электросчетчика, запишите и сообщите мне по телефону, очень вас прошу. -
  Внезапно она чмокнула его в щеку, тут же с мелодичным мягким смехом
  выскользнула из машины.
   За окном, в мокрой темноте, мелькнул блестящий кремовый плащ. Смех долго
  еще продолжал звучать у Стаса в голове и казался все более знакомым.
  
  ***
  
   Майору Сергею Логинову трудно было открывать глаза и говорить. Лицо
  распухло, он чувствовал вместо лица сплошной отек, тяжелый, плотный.
  Медсестра Катя кормила его с ложечки куриным бульоном, жидкой геркулесовой
  кашей, йогуртом. Среди немногих людей, заходивших к нему в палату, он
  выделил высокую худую женщину, ту самую, которая осматривала его лицо и про
  которую Аванесов сказал, что она ларинголог. Когда она пришла в первый раз,
  он еще не мог