ывчаткой не повторится. Если бы его спросили, откуда такая
  уверенность, он вряд сумел бы ответить внятно.
   Никакого домофона в подъезде не оказалось. Воняло помоями. Стены были
  исписаны, как в нью-йоркском сабвее. Заткнув нос, Стас поднялся на четвертый
  этаж по невозможно грязной лестнице, остановился у драной двери и ткнул
  пальцем в кнопку звонка. Никакого звука не последовало. Звонок был сломан,
  пришлось стучать. Долго никто не откликался. Стас осторожно дернул дверную
  ручку и вдруг ясно представил себе, как входит в крошечную вонючую
  квартирку, а там посреди комнаты лежит свежий труп.
   Ситуация показалась ему странно знакомой. Он отдернул руку, и губы его
  сами собой растянулись в идиотской улыбке. Он вспомнил, что видел нечто
  подобное в каком-то старом боевике, может, даже и не в одном, а в
  нескольких, американских и наших. Это называется "подставить". Обычно в
  следующей сцене герой задумчиво произносит: "Черт, кто же меня так
  подставил?"
   И все-таки он резко отдернул руку от дверной ручки, словно его ударило
  током, и принялся опять стучать. Наконец внутри послышалась какая-то возня,
  и хриплый скрипучий бас спросил:
   - Ирка, ты, что ли? Входи, открыто!
   Стас медленно потянул дверную ручку. Сначала он увидел темный мужской
  силуэт в глубине маленькой прихожей. Там стоял человек, даже отдаленно не
  похожий на опустившегося пьяницу. Он был слишком хорошо одет, слишком