ватила ложку. - В школе у меня все
  отлично. За контрошку по физике я получила четыре балла. Правда, успела
  схватить банан по литре, но я же не виновата, что эта идиотка заставила нас
  учить наизусть какой-то там сон Веры Павловны из "Что делать?"
  Чернышевского. Я честно призналась, что не могу.
   - Вы что, Чернышевского проходите? - удивилась Юля.
   - Нет, конечно! Но наша идиотка Чрезвычайка считает, что без
  Чернышевского нельзя понять эпоху и вообще всю дальнейшую историю России.
  Нет, в принципе я согласна. Этот козел здорово нагадил, знать его надо. Но
  ведь не учить же наизусть как образец высокой прозы! Для того чтобы иметь
  представление о Чернышевском, вполне достаточно прочитать "Дар" Набокова. Я
  не виновата, что Чрезвычайка ненавидит Набокова и обожает Чернышевского.
  Между прочим, она член Коммунистической партии, бегает на все митинги.
   - Ну с литературой понятно. Еще какие оценки? - спросила Юля, надеясь,
  что разговор о бывшем муже закончен. Но она ошиблась.
   - Пятерки по английскому и по информатике. Кстати, папашка просто достал
  меня по телефону с вопросами об оценках. Я сказала, что учусь на двойки,
  курю марихуану и состою на учете в детской комнате милиции. Спросила, не
  может ли он на бланке своей районной поликлиники выписать мне десяток
  рецептов на хорошие колеса и организовать аборт так, чтобы ты об этом ничего
  не узнала, потому что моего десятого аборта ты просто не