Анжела окончательно
  расслабилась.
   - О Боже, солнце мое, откуда мне знать, кто его отец? Я даже не помню,
  как его зовут.
   - Врешь, - Шамиль покачал головой и оскалился, - его отец работал в КГБ и
  посадил моего отца.
   Анжела поняла, что отнеслась к вопросу слишком легкомысленно. Откуда ей
  было знать, кто у Герасимова папа? Таких липких вокруг нее крутилось много,
  наиболее противных и бесполезных она отшивала, с прочими поддерживала
  легкие, ни к чему не обязывающие отношения. Стас Герасимов достал ее своими
  ухаживаниями довольно серьезно, и отшила она его грубо, обидно. Позже до нее
  докатились слухи, что он болтает, будто это она его достала. Более того,
  подлец Герасимов в качестве одного из доказательств их близкого знакомства
  рассказывал, будто Анжела давно сидит на "колесах".
   Легенда о "колесах", конечно же, взбесила Шамиля. Анжела очень много о
  нем знала, и сама мысль о том, что она может употреблять наркотики, сводила
  его с ума. Но то, что отец Герасимова служил в КГБ и причастен к аресту отца
  Шамиля, было действительно ужасно. Когда речь шла о близких родственниках,
  об отце, матери, братьях и сестрах, Исмаилов мог перегрызть глотку, не
  разбираясь, кто виноват, кто прав.
   Анжела так испугалась, что стала путаться в объяснениях. Он озверел и уже
  ничего не слышал, на ее возражения ответил ударом в лицо, завелся еще больше
  и стал жутко, методично избивать. Бил по лицу ногами. Клуни отчаянно
  затявкал