, издевался, пер вперед, не
  давая опомниться.
   - Придурок, мать твою! - выкрикнул мотоциклист по-русски, сплюнул и стал
  пятиться быстро, как мог. Глаза заливал горячий едкий пот, зеркало заднего
  вида было повернуто не правильно. Он знал, что где-то совсем близко надо
  свернуть.
   Трейлер негромко, насмешливо просигналил. Мотоциклист сильно вздрогнул и
  рефлекторно отшатнулся назад, подпрыгнув вместе с мотоциклом, чувствуя
  позади пустоту.
   Вокруг все светилось, трепетало. Каждый оливковый лист, каждый кузнечик
  радовался жизни так, словно жить ему суждено вечно. Водитель грузовика вроде
  бы пытался тормозить, но неповоротливая махина стремительно двигалась вперед
  по инерции, слишком крут был склон.
   "А вот это действительно все. Я сейчас сорвусь", - успел подумать
  мотоциклист.
   Нога его описала высокую дугу, он отскочил от края, через долю секунды
  пустой мотоцикл скользнул в пропасть, и далеко внизу тяжело и страшно
  взорвалась морская гладь.
  
  ***
  
   - Сегодня у нас последняя процедура, сказала Юлия Николаевна, - на вас
  действительно все заживает как на собаке.
   Сергей прикрыл глаза и подставил лицо под тонкий лазерный луч.
   - Вы больше сюда не приедете? - спросил он.
   - Нет. Через месяц я уберу оставшиеся рубцы.
   - Мы опять встретимся здесь? - он кашлянул, чувствуя, что задает глупый
  вопрос.
   - Сюда я больше не вернусь. Вероятно, вы тоже. Мы встретимся в клинике, в
  моем кабинете.
   - А где