я опоздал к двенадцатичасовым
  новостям на целых пять минут? - громко спросил Владимир Марленович и
  подмигнул Оксане. Она улыбнулась не разжимая губ и стала похожа на
  ярко-розового игрушечного лягушонка. - Ну да, конечно, вчера вечером он
  слишком увлекся омарами и, вероятно, провел бессонную ночь. Надеюсь, ты дала
  ему активированный уголь?
   На отдыхе за границей отношения между хозяевами и прислугой становились
  теплее и проще, чем в Москве.
   За стеной гудели голоса. Ведущий переключался на корреспондентов. Слов
  невозможно было разобрать. Владимир Марленович отправился в ванную и, уже
  закрывая дверь, услышал треньканье телефона. Оксана взяла трубку, и по ее
  спокойному тону он понял, что это был вовсе не тот звонок, которого он ждал
  уже вторые сутки.
   Стас уехал на мотоцикле, сказав, что вернется к вечеру, и исчез. Здесь,
  на маленьком Корфу, Владимир Марленович не волновался за жизнь сына. О том,
  что Стас отправился в Грецию вместе с родителями, никто посторонний не знал.
  Однако генерала раздражало хамство, наплевательство. После всего пережитого?
  после долгих серьезных разговоров, после всех этих смиренных "я понял...
  больше не буду...",! Стас опять выключил телефон и с тупым упорством не
  давал знать о себе.
   Генерал скинул халат перед зеркальной стеной. В ярком свете кожа его
  казалась страшно бледной, даже чуть зеленоватой. Врачи запретили ему
  загорать, в этом году солнце было слишком