походы по магазинам, особенно по большим и многолюдным.
  Обычно через двадцати минут у нее начинала слегка кружиться голова, через
  сорок подкашивались колени. Но Шура была неумолима. Ботинки, на которых
  посидел слон, казались ей символом абсолютного счастья. Недавно таким же
  символом служила кожаная летная куртка. Купив ее, Шура пела от счастья около
  трех дней, потом затихла, убрала куртку в шкаф и вскоре мучительно захотела
  скетчерсы. Они ей даже снились иногда, как раньше снилась куртка, а еще
  раньше длинная узкая юбка с железной молнией, и другие вещи, ныне забытые,
  запиханные в мертвую глубину" шкафа либо сосланные на антресоли навечно.
   "Возраст, возраст, будь он неладен", - повторяла про себя Юля, одеваясь и
  поглядывая искоса на дочь, которая, как стреноженная лошадка, нетерпеливо
  перебирала ногами и дула на свою длинную русую челку.
   - Мам, почему тебя никто не охраняет? спросила Шура, когда они подошли к
  машине.
   - Зачем?
   - А вдруг террористу не понравится, как ты оперируешь его знаменитую
  подружку? Ну мало ли, окажется, что ваши взгляды на женскую красоту не
  совпадают...
   - Перестань.
   - Я, конечно, перестану. Но, между прочим, вон тот черный "Ауди" никогда
  раньше в нашем дворе не стоял, а теперь торчит каждый день, причем не
  пустой, а с пассажирами. Спорим, он сейчас поедет за нами?
   - Спорим, нет?! - раздраженно рявкнула Юля и завела машину, даже не
  взглянув туда, куда указывала