пенсии.
   Сергей хорошо помнил отца, правда, давно стерлась грань между его
  реальными детскими воспоминаниями и мамиными рассказами. Не только служба
  отца, но и множество мелочей, его окружавших, были тайной, и в детстве тайна
  эта казалась Сергею прекрасной, возвышенной и благородной. Но когда он погиб
  и мама сразу постарела лет на десять, очарование тайны значительно поблекло.
  В четырнадцать лет лютая мужественная романтика больше не казалась ему
  главным и единственным качеством военной профессии, и это было хорошо,
  поскольку он собирался стать военным. Он делал свой выбор с открытыми
  глазами. Розовые очки не обязательно розовые, они бывают и цвета хаки.
   Ограда и скамеечка требовали ремонта и свежей краски. Он с удовольствием
  сделал бы все сам, но времени уже не оставалось. Он отправился к сторожам
  отдавать веник, договорился, заранее оплатил работу. Когда возвращался назад
  к могиле, машинально смотрел на памятники вдоль дорожки, читал имена, даты.
  В глаза ему бросился высокий белоснежный кусок мрамора, украшенный выпуклыми
  бронзовыми ветками. Странный памятник, дорогой, помпезный. В центре огромная
  цветная фотография молодой черноволосой девушки.
   "Демидова Мария Артуровна, 1965-1985".
   Могила была ухоженной, чистой. За высокой чугунной оградкой ни одного
  гнилого листа. Рядом с камнем голый рябиновый куст.
   "Красивая", - подумал Сергей, невольно задерживая взгляд на лице девушки.
   Большие серые глаза