рассказала потом, что Маша была пришпилена к плите, как
  бабочка булавкой. Кусок арматуры, торчавший из бетона, пронзил ее насквозь.
   "Скорая" появилась только через час. Врач констатировал смерть. Вслед за
  "скорой" приехала милиция. После короткого допроса свидетелей происшествие
  было квалифицировано как убийство, Михеев Юрий Павлович был задержан как
  подозреваемый. И на первом допросе, и на всех последующих он вел себя глупо.
   Грубил следователю, на вопрос, какие отношения у него были с убитой,
  отвечал: не ваше собачье дело.
   Следователь. Вы угрожали Демидовой Марии Артуровне, что убьете ее?
   Михеев. Нет. Никогда.
   Следователь. "Машка, я тебя когда-нибудь убью, честное слово! Убью,
  придушу своими руками!" Это ваши слова?
   Михеев. Мои.
   Следователь. Ну вот, а говорите, не угрожали.
   Михеев. Да вы что, в самом деле! Я ее любил, я жить без нее не мог! Мы
  собирались пожениться.
   Следователь. Значит, отношения у вас с убитой были близкие.
   Михеев. Идите к черту! Бред какой-то!
   Светало. У Сергея от долгого сидения над делом пятнадцатилетней давности
  ныла шея и начали слипаться глаза. Пепельница была полна окурками сигарет
  "Парламент-лайт". Он почти привык к ним за эту ночь. Он смотрел на
  фотографии, вклеенные в дело. Это была ксерокопия, и фотографии смазались.
  Девочка на бетонной плите, правда, напоминала бабочку, приколотую булавкой к
  шершавому серому листу.
   "Зачем мне это? - думал Сергей,