т неладное".
   - Линка, смотри, ты избалуешь меня, - промямлил он, взял в руки кривой
  белесый батон колбасы, - я привыкну к такой заботе...
   - Герасимов! - она резко развернулась и выронила банку красной икры. -
  Нет, тебя точно подменили! Ну-ка посмотри мне в глаза. Да сними ты свои очки
  к едрене фене!
   - Не могу, - Сергей решительно помотал головой, - у меня сетчатка
  повреждена, свет мне вреден, - он наклонился, поднял банку и поставил на
  стол.
   - Да? Ну фиг с тобой. Садись, отдыхай, горе луковое, - она подошла к
  ореховой стенке, присела на корточки.
   Раздался легкий щелчок, гостиная наполнилась нежной мелодией. Эвелина
  принялась изучать содержимое зеркального бара, выбрала бутыль французского
  коньяка.
   - Мне нельзя, - предупредил Сергей, когда она поставила на стол две
  рюмки.
   - А мне можно, - оскалилась Эвелина, ловко раскупорила бутылку, налила
  полную рюмку и выпила залпом, как водку, - твое здоровье солнышко.
   - Ты разве не за рулем?
   - Конечно, за рулем. Ну и что? Слушай, Стас, а было бы совсем неплохо,
  если бы ты правда привык к моей нежной заботе. Ты, конечно, скотина, бабник,
  трус и предатель, но я ведь тоже не подарочек. Тебе не кажется, что мы
  отлично подходим друг другу? - Она достала нож и принялась резать колбасу. -
  Молчишь?
   Ладно, не напрягайся. Я пошутила. Слушай, ты помнишь толстого хитрого
  человека по имени Петр Мазо? - Петр Мазо? - медленно повторил Сергей.