лча кивнула и встала.
   - Ну хорошо, давайте я посмотрю его. Все переместились к кушетке, врач
  села на край, осторожно притронулась к плечу Стаса и тихо, ласково спросила:
   - Как вы себя чувствуете?
   Стас завертелся в шторе, попытался сесть, Николай помог ему приподняться,
  но развязывать не стал.
   - Что случилось? - заговорил он по-русски, хлопая мутными глазами. -
  Почему меня связали? Николай вполголоса перевел.
   - Не надо, я могу сам. Развяжи меня, - спокойно произнес Стас и вежливо
  добавил по-английски:
   - Пожалуйста, объясните мне, что здесь происходит?
   - Вы вели себя агрессивно, разбили лицо вашему другу, - мягко объяснила
  врач.
   - Я? Не может быть. Я ничего не помню, - глаза его округлились,
  недоумение было совершенно искренним.
   В гостиной повисла тишина. Все смотрели на бледное удивленное лицо
  больного и не видели в нем никаких признаков безумия.
   - Хорошо, - прервала молчание врач, - расскажите, что вы помните. Как вы
  провели вечер и часть ночи?
   - Я провожал родителей в аэропорт. Они улетели в Москву. Мой отец тяжело
  болен. Господин Илиади недавно привозил к нему онколога.
   Врач перевела взгляд на Илиади, тот молча кивнул.
   - Продолжайте, пожалуйста, - попросила врач.
   - Несколько дней назад я попал в автокатастрофу, чуть не погиб. На горной
  дороге на меня ехал огромный грузовик. Мой мотоцикл сорвался в пропасть, я
  успел спрыгнуть в последний момент. Мне показалось, что в кабине