вет, и пытался понять, есть ли
  альтернатива моим романтическим снам? Я мог сто раз убить его, но это было
  слишком важно для меня, и я не спешил. В этом году, в марте, приехала Ирка,
  и сказала, что нельзя так долго себя мучить. Надо либо начать действовать,
  либо забыть и оставить его в покое. И тогда я послал своих людей цеплять
  взрывчатку к его машине, я хотел устроить что-то вроде стартового хлопка.
  Сесть в машину ему бы не дали, отвлекли, но взорвалась бы она у него на
  глазах. Получилось все немного иначе, однако тоже неплохо. Позже, когда Ирка
  рассказала мне, как он вел себя в спортивном клубе, кстати, это мой клуб,
  так вот, когда она рассказала, как он там оттягивался и стрелял глазками, я
  понял наконец, чего хочу: признания. Да, Юра Михеев умер. Но он не был
  убийцей. А Стас Герасимов - убийца. И это должно быть известно, прежде всего
  ему самому, ***
  
   - Юра Михеев, конечно, не убийца, - медленно проговорил Сергей, - но
  Палыч приказал убить шофера Гошу, Георгия Завьялова.
   - А речь сейчас вовсе не о Палыче, - помотал головой Михеев, - что
  касается Завьялова, он честно заслужил свою пулю, когда в? "Наркозе" пихал
  мужиков головой в очко сортира и заставлял каждое утро на сорокаградусном
  морозе босиком, в одних подштанниках зарядку делать. Ну и к тому же он видел
  меня и мог узнать. На фига мне эти ландыши? - Михеев налил себе еще молока,
  выпил залпом, как водку, промокнул губы салфеткой. - Если в