з минуту.
   В руках у нее было несколько листов бумаги и ручка.
   - Мама, но я не знаю, что писать! - закричал Стас. - Я не ничего не
  помню, все как в тумане! Зачем вы мучаете меня? Михеев умер, и это уже
  никому не нужно.
   - Михеев умер, - кивнул Сергей, - но есть крупный криминальный авторитет
  Палыч. Пиши, Стас. Не бойся. Ничего тебе за это не будет.
   Стас взял ручку и медленно, коряво, как первоклассник, начал выводить
  слова на бумаге. Белый лист заполнялся строчками. Наталья Марковна смотрела
  сначала на сына, потом перевела взгляд на чужого человека, который молча
  сидел в кресле.
   У него было лицо взрослого Сережи, и звали его так же. Ему предстояло
  жить дальше с этим лицом и с этим именем какой-то своей, отдельной, далекой
  и непонятной жизнью. Наталья Марковна не могла оторвать от него глаз.
   Радужная тень маленького херувима легко и незаметно вырвалась на волю из
  ее души и затерялась навеки в чистом полуденном небе.