ин, на два шага
  больше.
   Однажды вечером к нему явился посетитель, высокий, худой, подтянутый
  по-военному человек с приятным лицом и холодными глазами за стеклами очков в
  тонкой дорогой оправе. Он представился психологом, заявил, что будет
  проводить с ним индивидуальный курс психологической реабилитации. Звали его
  Михаил Евгеньевич. Он долго, подробно расспрашивал о самочувствии,
  интересовался, хорошо ли Сергей спит, не мучают ли кошмары, нет ли признаков
  депрессии.
   - Вы отказались от обезболивающих препаратов. Почему?
   - Не хочу подсесть на иглу.
   - Но после хирургических операций всем дают обезболивающие, и далеко не
  каждый становится наркоманом. Или у вас есть какие-то особые причины? Вы уже
  попадали в наркотическую зависимость?
   - Бог миловал.
   - Тогда почему? Ведь вам очень больно.
   - Я лучше потерплю.
   - Боль не мешает вам спать?
   - Я уже сказал, что сплю отлично.
   - Вы помните, как попали сюда?
   - Смутно.
   - Можете хоть что-то рассказать?
   - Лампы. Длинные лампы на потолке. Меня везли на каталке из операционной,
  и я думал, это был тот самый туннель, который описывают люди, пережившие
  клиническую смерть. Я был уверен, что умер, и не сразу понял, что жив.
   - А до этого?
   - До этого была операция. Гениальный доктор Гамлет Рубенович Аванесов
  спасал мои ноги. Интракортикальная трансплантация.
   - Замечательно, - кивнул психолог, - я вижу, с памятью у вас все в
  порядке.