но что-то
  усовершенствовать. Разве вам не рассказывали преподаватели в ординатуре, что
  идеальные пропорции делают облик человека банальным, скучным и это вовсе не
  красота? В женщине должна быть какая-нибудь маленькая не правильность,
  пикантность, иначе она будет казаться куклой.
   - Простите, Петр Аркадьевич, - разозлилась Юля, - это демагогия. Света
  Василькова очень красивая девочка, и никаких пикантностей ей не надо. Просто
  ее матушка хочет срочно загрузить кого-нибудь своей проблемой. Она ищет
  виноватых, и уверяю вас, если бы я согласилась, то стала бы виноватой через
  неделю после операции.
   - Почему?
   - Потому что в случае со Светой Васильковой ни один хирург не сумеет
  сделать лучше, чем уже сделал Господь Бог. После операции будет хуже, чем
  сейчас, понимаете?
   - Не понимаю! - Мамонов помотал головой. - Отказываюсь понимать! Ну разве
  трудно было предложить ей чуть-чуть приподнять носик? Или подправить ушки?
  Вы бы избавили девочку от комплексов, вы подарили бы ей радость...
   - Я прошу вас, перестаньте, - поморщилась Юля, - мы оба устали, давайте
  прекратим этот разговор. Если мы станем хвататься за каждую дурочку,
  замороченную дамскими журналами и злобными завистливыми подружками, мы
  превратимся в мошенников и репутация наша не будет стоить ни гроша. - Да мы
  половиной наших пациенток обязаны дамским и молодежным журналам, а также тем
  критически настроенным особям, которых вы называете завистливыми