свидетеля. А
  вместе с ним пострадали бы и его друзья из ГРУ.
   Штази тоже это понимал. Потому не настаивал на слишком активных поисках
  "третьей силы". Уже на третий день расследования версия произошедшего стала
  постепенно сдвигаться в сторону благопристойной истории о том, как "мудрые"
  начальники получили оперативную информацию, "приняли" необходимые меры и в
  результате террористический акт был "успешно" предотвращен (естественно,
  благодаря "постоянной и слаженной" работе контртеррористических ведомств,
  возглавляемых достойными повышения генералами). А заранее не докладывали
  наверх лишь потому, что "не было полной уверенности". В итоге сия история
  должна была превратиться в очередной бюрократический миф о том, как бравые
  контрразведчики выждали время и накрыли террористическую группу в тот
  момент, когда те затеяли друг с другом перестрелку. Этим сразу объяснялось
  два десятка трупов. Причины возникновения внезапного немотивированного
  конфликта между террористами никого особенно не интересовали. Те ведь были
  чеченцами, и этим в современной России все сказано. Дикари-с, что с них
  возьмешь. Обкурились, поссорились, и вот результат. Так бывает сплошь и
  рядом.
   - Я проконтролирую прохождение наградных документов, - пообещал Штази. -
  Теперь о новых данных по договору о противоракетной обороне...
   - Опять? - недовольно проворчал Дед.
   - Американцы не успокаиваются. Клинтон подал в Сенат пакет документов